Икона благословение детей

Перепечатано изъ книги Протоіерей Стефанъ Остроумовъ. «Жить — любви служить. (Очеркъ православнаго нравоученія)». СПБ. 1911 г., сс. 130–132.

Истинная причина гнѣва не внѣ человѣка, а въ немъ самомъ.

Негнѣвливость имѣетъ прочную связь со смиреніемъ. Въ томъ и другомъ качествѣ есть нѣчто дѣтское, та покорность, которую заповѣдалъ намъ Спаситель въ словахъ: «если не обратитесь, и не будете какъ дѣти, не войдете въ царство небесное» (Мѳ. ХѴӀӀӀ, 3). Дитя «не тревожится ревностью; если возьмутъ у него что либо, принадлежащее ему, оно не смущается; оно не судится ни съ кѣмъ, не вступаетъ ни въ какіе споры, не ненавидитъ никого изъ человѣковъ; оно не осуждаетъ никого, никѣмъ не владѣетъ»1. Невозможно человѣку питать гнѣвъ на ближняго и считать свой гнѣвъ дѣломъ правды, «если сперва не вознесется сердце его, если онъ не уничижитъ ближняго предъ собою, если не признаетъ себя высшимъ ближняго»2.

Часто люди гнѣваются, какъ говорятъ, на слова. Но если одни и тѣ же слова вложить въ уста глупаго и умнаго, высшаго и низшаго, друга и недруга, ребенка и взрослаго, то гнѣвливый не одинаково отнесется къ однимъ и тѣмъ же словамъ. Почему? «Обыкновенно возбуждаютъ въ насъ скорбь не слова, но презрѣніе къ укорившему насъ и представленіе каждаго о самомъ себѣ»3.

При вниманіи къ себѣ не трудно убѣдиться, что причина гнѣва не въ насъ, но въ насъ самихъ. Вотъ «иной, какъ представляется ему, пребываетъ въ мирѣ и безмолвіи. Пришелъ братъ, сказалъ ему непріятное слово, и онъ смутился. На этомъ основаніи полагая скорбь благословною, онъ говоритъ: «если бы такой-то не пришелъ, не сказалъ мнѣ оскорбительнаго слова, то я не пришелъ бы въ разстройство. “Это смѣшно! Это — самообманъ! Неужели вложилъ въ него страсть тотъ, кто сказалъ ему непріятное слово? Сказавшій такое слово только обнаружилъ таившуюся въ немъ страсть. Руководствующійся такими сужденіями подобенъ гнилому хлѣбу, который съ виду хорошъ, а внутри заплѣсневѣлъ. Когда разломятъ его, обнаруживаются гнилость его»4.

Эта зависимость не отъ внѣшнихъ обстоятельствъ, но отъ душевнаго состоянія гнѣвливыхъ особенно очевидна въ тѣхъ случаяхъ, когда гнѣвъ возбуждается по поводу какихъ-либо нестоящихъ вниманія мелочей.

Подобныя безпричинныя, повидимому, вспышки гнѣва чаще всего возникаютъ не между врагами, а между живущими десятки лѣтъ подъ одной кровлей супругами. Одинъ весьма древній писатель сообщаетъ: «Изъ-за ничего мужъ или жена сердятся другъ на друга по какимъ-нибудь житейскимъ дѣламъ: или изъ-за пищи, или пустого слова, или какого пріятеля, или долга, или изъ-за другихъ такихъ же мелочныхъ вещей»5.

Отъ недостатка смиренія въ людяхъ рождается нетерпимость къ чужимъ мнѣніямъ, раздражительное недовольство поступками и слабостями ближнихъ. И таковъ, кажется, въ особенности духъ нашего времени. «Въ настоящее время — неустройство въ цѣломъ мірѣ отъ броженія умовъ и отъ чрезъ мѣру развитаго самолюбія; не говоря уже о какихъ- либо увлеченныхъ людяхъ, видимъ, что между самыми благонамѣренными людьми рѣдко можно найти двухъ, во всемъ единомысленныхъ и согласныхъ; но и изъ такихъ людей всякій думаетъ по своему, когда въ силахъ, то — открыто, болѣе же — политически и ухищренно. И такъ дѣйствуютъ потому, что иногда увѣрены въ правильности своихъ убѣжденій до папской непогрѣшимости, иногда же уклоняются въ человѣкоугодіе, по человѣческимъ разсчетамъ»6.

Бываетъ, конечно, и вспышка справедливаго негодованія, но оно въ людяхъ негордыхъ — скоротечно и переходить въ раскаяніе и сожалѣніе. Исчезаетъ гнѣвъ на человѣка, остается только скорбь о неправдѣ его.


  1. Исаіи Отшельника, сл. 26-ей. Въ кн. «О терпѣніи скорбей», стр. 157.
  2. Дороѳея сл. 19‑е. Въ той же книгѣ, стр. 127.
  3. Василія Великаго. Бесѣда на гнѣвливыхъ. Сергіевъ Посадъ. 1892 г.
  4. Авва Дороѳея въ кн. «О терпѣніи скорбей», стр. 135–136.
  5. Пастырь Эрма въ «Писаніяхъ мужей апостольскихъ», стр. 72
  6. Письмо Амвросія схимон. Оптинскаго. Душеп. Чтеніе 1895. ѴӀӀӀ, 489.