Grave of Nicholas Boiko and his wife in Ladomirova, Slovakia.
Фото могилы Н. И. Бойко и его жены на ​кладбище​ в селе Ладомирова (Словакия).

ИЗЪ ВОСПОМИНАНӀЙ НАСЕЛЬНИКА СВЯТО-ТРОИЦКАГО МОНАСТЫРЯ МОНАХА НИФОНТА (ЕРШОВА) ЧАСТЬ ХӀӀ

Кіевъ. Встрѣча.

(Въ сокращеніи)

Я вышелъ изъ поѣзда въ родномъ Кіевѣ. Волновался сильно и радостно. Въ толпѣ народа кто-то налетѣлъ на меня, какъ буря, обнялъ и сталъ цѣловать. Это была Таня, Танюшка, дочь. Выросла, изъ дѣвочки превратилась въ дѣвушку, изъ блондинки — въ шатенку, волосы стриженые.

Сейчасъ же подоспѣла жена — вотъ радость! Похудѣла, побледнѣла (всегда была румяная), но по-прежнему — живая и энергичная.

Слава Богу, нашелъ ихъ живыми и здоровыми. Отправились “домой”, на Печерскъ.

Нѣмцы затворились въ лучшей части Кіева, въ Липкахъ. Тамъ были ихъ штабы и управленія. Посторонніе не могли проникать туда свободно.

Глухія мѣста пригородовъ держала въ своей власти разбойничья братія. Берегъ Днѣпра пониже Печерска, съ его оврагами, зарослями, обрывами, былъ во власти разбойничихъ бандъ, вооруженныхъ винтовками съ неограниченнымъ числомъ патроновъ.

Съ наступленіемъ темноты въ той сторонѣ начиналась стрѣльба. Неизвѣстно по какому противнику. Больше, чтобы создать настроеніе: «Здѣсь молъ мы хозяева, и никто не показывай сюда носа».

Всю эту обстановку я долженъ былъ понять и практически усвоить, чтобы какъ-то войти въ окружающую жизнь.

Въ этомъ помогла жена, она уже немало натерпѣлась въ “котлѣ”.

Я былъ предупрежденъ, что всякую ночь можно ожидать грабительскихъ налетовъ. Шайки разной сволочи вламывались въ усадьбы и въ квартиры, дѣлали обыски. Забирали все, что хотѣли — отъ хлѣба и сахара до штановъ, юбокъ, пальто и денегъ. Грабители были хорошо вооружены, сопротивленіе было бы безполезно. А охрана, полиція? Да, что-то подобное, кажется, существовало, но, больше миѳическое.

Для поднятія тревоги въ случаѣ налетовъ, придумали домашнія мѣры: били въ набатъ по звонкимъ металлическимъ стаканамъ пушечныхъ снарядовъ. Получалась изрядная тревога. Иногда она отпугивала дерзкихъ налетчиковъ.

Съ этими “милыми” условіями приходилось мнѣ знакомиться быстро, находу. Надо было искать “хлѣбъ насущный”, немедля. Мои физическія силы быстро возстановливались, возвращалась энергія. Это не австрійскій лагерь съ его нуднымъ режимомъ:


  • Гдѣ можно сразу найти заработокъ?

  • У нѣмцевъ, тамъ спрашивайте.

Узналъ: нѣмцы предлагаютъ особую работу. Она состояла въ собираніи неразорвавшихся артиллерійскихъ снарядовъ, которые засыпали большой районъ. Недавно произошелъ колоссальный взрывъ артилл[ерійскихъ] складовъ между Печерскомъ и Звѣринцемъ.1 Доступъ въ районъ сдѣлался опаснымъ, это надо было немедля устранить. На такую “работу” нѣмцы принимали только бывшихъ русскихъ офицеровъ, какъ людей опредѣленныхъ и надеждыхъ. Платили неважно.

На очисткѣ мѣстности работалъ я недѣли двѣ. Разбросанные снаряды были двухъ сортовъ — 3-хъ дюймовыя 42-хъ линейныя (4 дюйма + 2 линіи). Берешь вѣжливо и деликатно(!!) съ земли снарядъ за бока и несешь осторожно въ указанное мѣсто. Сложенные тамъ снаряды нѣмцы уничтожали взрывами. Своими руками нѣмцы не хотѣли дѣлать эту опасную работу, а нанимали за гроши голодныхъ людей.

За это время узналъ я, что тутъ же, на Печерскѣ, могу найти полков[ника] Орѣшковича,2 бывшаго офицера 5-го сапернаго б[атальо]на. Онъ завѣдовалъ инженерными складами. Такая должность была бы значительна по прежнимъ временамъ, а теперь вмѣсто складовъ были лишь ихъ остатки.

Пришелъ я къ нему въ “управленіе” (это была маленькая комнатушка). Вспомнили старое время.

Онъ:

— Что же могу предложить Вамъ? Мнѣ совѣстно посадить Васъ за писаря…

Я:

— Съ благодарностью приму такую работу. Она много лучше, чѣмъ собираніе опасныхъ снарядовъ.

Завтра пришелъ я на писарскую работу.

— Вотъ что предлагаю я Вамъ, — сказалъ Ор[ѣшкеви]чъ, — въ складѣ инж[енернаго] имущества работаютъ у меня случайныя люди. Это сплошь жулики. Ходите Вы туда для наблюденія, чтобы не растаскивали матеріалъ. Вамъ работать тамъ ничего не надо.

Я принялъ предложеніе и на утро былъ въ складахъ, за Печерскомъ, недалеко отъ бывшаго нашего сапернаго лагеря. Глядя на лагерь, пережилъ особое чувство: сколько служилъ и работалъ здѣсь въ качествѣ офицера Русской Арміи!

А вотъ и дачи, на которыхъ я жилъ съ семьей въ лагерное время…

Въ инж[енерныхъ] складахъ, хорошо знакомыхъ мнѣ по старымъ временамъ, теперь работало человѣкъ 10 разношерстныхъ людей. Они поздоровались со мной мрачно и смотрѣли очень косо: «Присланъ надзиратель…, конецъ нашему свободному хозяйничанью».

Однако, и я понялъ ихъ настроеніе и чаянія. Легко далъ имъ понять, что ихъ не стѣсню особенно, и что пробуду здѣсь недолгій срокъ. Такъ и установились отношенія. О нихъ сказалъ я Орѣшкевичу:

— Ну, что-то надо дѣлать. — отвѣтилъ онъ, — при Васъ имъ будетъ хоть какая-нибудь сдержка.

Живыя осколки прошлаго

(Въ сокращеніи)

— Здравствуй, Николай Павловичъ! — Окликнули меня на Печерскомъ базарѣ.

Оглядываюсь, всматриваюсь, насилу узнаю, это — Степановъ Анатолій,3 нашъ офицеръ. Да, надо было всмотрѣться, чтобы узнать прежняго богатыря Степанова, въ этомъ изможденномъ человѣкѣ: кожа и кости, потухшій взглядъ, двигается медленно, бѣдная одежда, въ рукахъ мѣшокъ для покупокъ.

Сахарная болѣзнь… Вскорѣ онъ умеръ.

По Московской улицѣ на Печерскъ идетъ шагомъ рысакъ-извозчикъ:

— Николай Павловичъ, что подѣлываете, какъ живете? Садитесь, подвезу.

Бывшій саперный офицеръ, среднихъ лѣтъ, одѣтъ молодцеватымъ кучеромъ, видъ бодрый:

— Ну, какъ заработокъ? — Спрашиваю.

— Да не жалуюсь, жить можно.

Въ городѣ встрѣтилъ Лебединскаго,4 бывшаго нашего офицера. Въ свое время онъ кончилъ военную инженерную академію. А теперь былъ принятъ преподавателемъ въ Кіевскій Политехникумъ. Живетъ и трудится благополучно.

Еще встрѣтилъ бывшаго сослуживца Форша.5 Когда-то командовалъ онъ телеграфной ротой нашего б[атальо]на, жилъ на собственной дачѣ около сапернаго лагеря. Тамъ занимался успѣшно садоводствомъ, былъ любитель математики. Теперь преподаетъ мат[емати]ку въ одной изъ кіевскихъ гимназій.

Увидѣлся съ Аксіотисомъ.6 Тоже коренной офицеръ нашего б[атальо]на. Помнится, теперь онъ былъ на службѣ у Скоропадскаго.7

Онъ предлагалъ мнѣ: «Поступайте и Вы сюда же. Что жъ голодать?» У него на рукахъ была семья.

Я отказался: «Пойду на работу, а на военную службу — нѣтъ».

Аксіотисъ былъ славный, душевный человѣкъ. Въ немъ была чуть замѣтная жилка юродиваго. Онъ любилъ заниматься разными химическими опытами. Семья была большая и близкая ко моей семьѣ. Жена его умерла. Мнѣ разсказывали, какъ пришлось ее хоронить. Нельзя было добыть гроба. Былъ одинъ выходъ — разломать заборъ въ сосѣдней пустой усадьбѣ и сбить ящикъ. Съ помощью еще кого-то Акс[іотисъ] это и сдѣлалъ ночью. Они рисковали попасть подъ пули ночной стражи, но, удалось. Личная его участь и конецъ были такіе. Большевики сослали его, какъ царскаго офицера, куда-то далеко въ Сибирь въ концлагерь. Тамъ замерзъ онъ на лѣсныхъ работахъ.

Еще одинъ “бывшій”. Зашелъ я какъ-то пообѣдать въ бывшее наше офицерское собраніе на Московской улицѣ. Здѣсь бывало когда-то весело: войсковые праздники, семейные вечера, танцы, “свое” собраніе Печерскаго гарнизона: саперовъ, понтанеровъ, артиллеристовъ, пѣхотинцевъ…

Теперь же въ этомъ зданіи водворилась “мерзость запустѣнія”: выбитыя стекла, поломанные полы, грязь и разстройство.

Однако, оборудовали кухню, буфетъ и столовую, пообѣдать было можно.

Всматриваюсь въ стараго человѣка, подающаго мнѣ обѣдъ. Лицо знакомое…, съ трудомъ припоминаю. Да это Карпенко.8 Тотъ самый К[арпен]ко, который командовалъ когда-то арріергардомъ нашей дивизіи, т. е. батальономъ съ пулеметной командой, отрѣзанномъ австрійцами и разбитымъ среди остатковъ арріергарда попалъ въ плѣнъ и я.

— Вы — Карпенко?!

— Да.

Объяснились, обнялись.

— Какъ же Вы живы? Вотъ мы знали, что Вы получили двѣ пули въ животъ и остались на мѣстѣ, на позиціи?

— Да, да, двѣ пули. Разскажу Вамъ послѣ, а сейчасъ бѣгу на кухню. Такъ вамъ котлеты съ горошкомъ?

ПРИМѢЧАНӀЯ

*Holy Trinity Orthodox Seminary Archive. Holy Trinity Orthodox Seminary Manuscript Collection. Monk Nifont (Ershov). Vospominaniia. Box 8 Fol. 2.

1. Звѣринецъ — историческая мѣстность въ Печерскомъ районѣ города Кіева. Въ старину въ этомъ мѣстѣ были густые лѣса, въ которыхъ обитало множество разныхъ звѣрей. Отъ этого и пошло названіе мѣстности “Звѣринецъ”. На Звѣринцѣ находился княжескій Красный дворъ. Здѣшнія мѣста связаны съ князьми Юріемъ Долгорукимъ и Даніиломъ Галицкимъ.

2. Орѣшкевичъ Александръ Николаевичъ (1862 — ?). Уроженецъ Черниговской губерніи. Изъ потомственныхъ дворянъ. Окончилъ Мелитопольское реальное училище, затѣмъ Николаевское инженерское училище. Въ званіи полковника съ 1911 г. Командиръ 5-го сапернаго батальона. О датѣ кончины и мѣстѣ погребенія свѣдѣній пока не найдено.

3. Степановъ Анатолій. Кромѣ свѣдѣній, указанныхъ въ текстѣ воспоминаній монаха Нифонта (Ершова), объ этомъ человѣкѣ ничего болѣе не найдено.

4. Лебединскій. Объ этомъ офицерѣ свѣдѣній пока не найдено.

5. Форшъ Борисъ Эдуардовичъ (1867-1920). Офицеръ Царской арміи. Родился съ семьѣ генарала Эдуарда Ивановича Форшъ, происходившаго изъ остозейскихъ нѣмцевъ и его жены Елизаветы Романовны Янковской. Полковникъ. Во время Первой міровой войны служилъ въ саперномъ батальонѣ и командовалъ телерафной ротой. До этого, съ 1904 г., былъ въ отставкѣ и занимался переводами нѣмецкихъ и французскихъ поэтовъ. Послѣ Октябрьскаго переворота 1917 г. сталъ основателемъ военно-инженерной службы въ Красной арміи. Умеръ отъ сыпнаго тифа. Былъ женатъ на Ольгѣ Дмитріевнѣ урожд. Комаровой (1873-1961), извѣстной совѣтской писательницѣ, дочери участника Русско-Турецкой войны генерала Д.В. Комарова (1831-1881).

6. Аксіотисъ. Объ этомъ офицерѣ пока не найдено болѣе подробныхъ свѣдѣній кромѣ тѣхъ, которые указаны въ текстѣ воспоминаній.

7. Скоропадскій Павелъ Петровичъ (1873-1945). Генералъ Русской Импараторской арміи. Изъ потомственныхъ дворянъ Полтавской губерніи. Родился въ Висбаденѣ (Пруссія) въ семьѣ Стародубскаго уѣзднаго предводителя дворянства Петра Ивановича Скоропадскаго. Участникъ Русско-японской и Первой міровой войнъ. Съ 29 апрѣля по 14 декабря 1918 г. — гетманъ всея Украины. Послѣ сверженія гетманской власти П.П. Скоропадскій съ нѣмецкими войсками эмигрировалъ въ Германію. Во время эвакуаціи былъ смертельно контуженъ при бомбежкѣ англо-американской авіаціи. Черезъ нѣсколько дней скончался въ больницѣ.

Былъ женатъ на фрейлинѣ Александрѣ Петровнѣ урожд. Дурново (1878-1952), дочери генерала Петра Павловича Дурново.

8. Карпенко. Болѣе подробныхъ свѣдѣній объ этомъ офицерѣ пока не найдено.

Андрей Любимовъ, публикація и примѣчанія

Продолженіе слѣдуетъ


Discover more from Православная Русь

Subscribe to get the latest posts sent to your email.

Discover more from Православная Русь

Subscribe now to keep reading and get access to the full archive.

Continue reading